Мифы и реальность Waffen–SS

clip_image001

Латышские эсэсовцы — признанные национальные герои сегодня празднуют день Легионеров. Из песни слова не выкинешь, во Второй мировой были свои коллаборанты и у французов, и у русских, и у индусов. Но ни одна страна Европы не возносит на щит тех, кто носил Totenkopf в кокарде — только Эстония и Латвия.

От Ленинграда до Керчи

При этом огромный пласт интереснейшей информации о легионе подменяется парочкой расхожих штампов–стереотипов. В частности, необходимо пустить слезу о том, как бедолаги были насильственно мобилизованы — и как они же горячо любили Латвию, всячески защищая ее от повторения большевистских ужасов "страшного года". Давайте с этим разберемся!

Для начала отметим, что именно разгром вермахта под Сталинградом заставил гитлеровцев принять, скрипя зубами, идею "туземных частей". Хотя латышские националисты к тому времени уже полтора года как формировали ДОБРОВОЛЬЧЕСКИЕ полицейские батальоны для антипартизанских действий в тылу вермахта и непосредственно фронтовых операций.

Впервые 25 июля 1941 года идею о создании латышских подразделений выдвинул вожак фашистской организации "Перконкрустс" Густавс Целминьш. 4 сентября был сформирован 16–й Земгальский полицейский батальон, отправившийся под командованием капитана Мангулиса на Ленинградский фронт. Полицаи занимали участок у станции Дно, в районах Сольцы и Старая Русса. Фактически они способствовали блокаде города на Неве и гибели от голода сотен тысяч мирных русских людей.

Кровавую и огненную "практику" полицаи, или, как их еще называли, шуцманы, проходили и в самой Латвии. Под руководством шефа полиции Резекне Болеславса Майковскиса 4 января 1942 года были расстреляны, в том числе мужчины — публично, 200 жителей латгальской деревни Аудрини. За то, что укрыли беглых советских военнопленных.

Сама деревня была сожжена. Аналогичная участь спустя два дня ожидала деревню Барсуки и 47 ее жителей. Кстати, после войны Майковскис нашел прибежище в США, и даже возглавлял там эмигрантские структуры!
Вот география других полицейских батальонов: 17–й Курземский — Днепропетровск, 18–й Курземский — Минск, 19–й Латгальский — Красное Село, 22–й Рижский — Запорожье, Житомир, Варшава, 23–й Гауйский — Керчь.

Где тут "защита Латвии", позвольте спросить? Уничтожение евреев в гетто и в лесах, жестокие репрессии против крестьян, помогавших партизанам, — все это деяния полицейских батальонов, четыре десятка которых насчитывались до того, как 23 января 1943 года Адольф Гитлер официально поручил Генриху Гиммлеру сформировать латышский легион Waffen–SS.

Командиры — только немцы

Первым крупным формированием из латышей стала созданная 8 февраля 1943 года по личному приказу рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера 2–я моторизованная бригада СС из 3 полицейских батальонов — 16–го, 19–го и 21–го, находившихся в то время на Ленинградском фронте. Командовать заматеревшими карателями стали немецкие генералы Клингеман и фон Шольц.

Отметим, что в то же самое время на другой стороне фронта воевала 201–я Латышская пехотная дивизия — первое национальное формирование Красной Армии, которым командовал латыш по национальности, полковник, а впоследствии генерал–майор Ян Вейкин. Стало быть, в сталинском СССР при всех его чудовищных перегибах латышам доверяли больше, чем в "Новой Европе"! А может быть, все потому, что командование вермахта, прусская аристократия, знало — палачи безоружных редко бывают хорошими воинами. И не особо скрывало свое презрение к тухловатому "пушечному мясу".

Батальоны карателей преобразовали в полки, под началом шуцмановских полковников Волдемарса Вейсса и Карлиса Лобе. Вейсс командовал "вспомогательной полицией" Риги, загонявшей евреев в расстрельные рвы Румбулы и Бикерниеки. Лобе сделал "юденфрай" город Вентспилс, где был начальником шуцманов. Кстати, в Гражданскую войну Лобе служил в армии Колчака и даже принял командование Имантским полком — формированием белых латышей. На момент прихода немцев в 41–й был тихим школьным учителем, но охотно принял участие в охоте на людей во главе "отряда самообороны".

И вот эти эти заплечных дел мастера занимали фронт на русской реке Волхов, как раз в тех гиблых местах, где годом ранее была уничтожена 2–я ударная армия генерала Власова.

Мобилизация объявлена

И только 24 февраля 43–го года начался призыв в Латышский легион СС — до августа удалось мобилизовать, по разным оценкам, до 22,5 тысячи человек, а также до 13 400 человек в различные вспомогательные части.
Латышское самоуправление вручило руководителю СС и полиции в Остланде обергруппенфюреру Фридриху Еккельну нижайшее прошение — назначить на пост командующего легионом Рудолфса Бангерскиса.

Однако обер–палач Прибалтики выполнял политику рейха: никаких расово неполноценных на верховных должностях! И Бангерскису пришлось удовлетвориться должностью "свадебного генерала". Хотя было бы правильней назвать его генералом похоронным — ибо не кто иной, как генерал–инспектор легиона утверждал смертные приговоры проштрафившимся латышским воинам.

Несколько штрихов к портрету генерала. Военную карьеру он начал при Николае II, всего в русской армии прослужил 22 года. А в боях за независимость Латвии не участвовал, потому как служил в 1918–1920 годах у белых. В воинстве адмирала Колчака бился за "Единую и неделимую", причем дослужился до командующего Уфимским корпусом. По возвращении в Ригу занял должность командующего Земгальской дивизией. В улманисовские времена руководил акционерным обществом по производству кирпича. Несмотря на столь классово чуждую биографию, чекисты его не тронули.

Бангерскис стал своеобразным знаменем для преступной акции нацистов и их приспешников — принудительной мобилизации латышей в оккупационную армию. А командиром 15–й дивизии ваффен–гренадеров СС был назначен кадровый немецкий генерал фон Пюклер–Бургхаус. В дивизию входили 3 пехотных и 1 артиллерийский полк, а также 6 отдельных батальонов. Максимальная численность дивизии — 18 413 человек.
Боевое крещение латышские призывники приняли в ноябре 1943 года.

К этому времени на их рукаве уже красовался шеврон красно–бело–красного цвета с надписью "Латвия", что было высочайше разрешено самим рейхсфюрером Гиммлером во время его визита в Ригу 23 сентября. Надо отметить, что немцы тогда опять стали заигрывать с национальной символикой Латвии. А в это же самое время гитлеровцы проводили все новые и новые акции по выкачиванию из Латвии ее людского ресурса.

На призывные участки до марта 44–го явилось 128 866 человек, еще 44 543, или четверть общего списочного состава, уклонились от призыва. Лучшие результаты по мобилизации показал Валмиерский округ, худшие — Даугавпилсский. Всего к июню 1944 года в вооруженных формированиях на стороне нацистов числились: в 15–й и 19–й гренадерских дивизиях войск СС 29 тысяч человек, в полицейских подразделениях — 42 тысячи, в пограничной страже — 12 тысяч. Итого — 83 тысячи.

Всего же, в разное время, около 150 тысяч граждан довоенной Латвии оказались с оружием в руках на стороне Гитлера. Тех, кто шел под красным знаменем — втрое меньше. Чисто статистически, при всей жестокости войны, у гитлеровских вояк осталось втрое больше родственников.

 


источник
Похожие материалы:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Дорогие читатели!
Мы уважаем ваше мнение, но оставляем за собой право на удаление комментариев в следующих случаях:

- комментарии, содержащие ненормативную лексику
- оскорбительные комментарии в адрес читателей
- ссылки на аналогичные проекту ресурсы или рекламу
- любые вопросы связанные с работой сайта